Живопись Графика Створы Фотографии Романы Рассказы Пьесы Биография Статьи Контакты

Любовь и надежда

Те, кто говорят, что не бывает любви с первого взгляда и сразу на всю жизнь, просто дураки. А можно сказать по-другому –    им  не повезло. Можно налить в чашку чая, закурить сигарету, скорчить умную мину и пафосно начать рассуждать:  люди  кидаются на все, что ни попади, а потом  переживают, что ухватили не то.   И какая к черту вся  жизнь,  на пять минут не хватает, так четыре минуты кажется, что это действительно настоящая любовь с первого взгляда, а на пятой минуте  казаться перестает. 
Надежда и Любовь познакомились случайно. Это было на даче, в  начале лета –  зеленая трава, лютики, кашка, ну, в общем, до Ивана-Чая, и, конечно, задолго до золотых шаров, астр и хризантем. Надежда была совсем юная, а Любовь постарше, даже сильно постарше. До этой встречи у Надежды  ничего не складывалось. Нельзя сказать, чтобы она была некрасива, во всяком случае,  она была молода, незлобива, в меру умна, в меру общительна. Но никто никогда ей не интересовался. Однажды,  правда, было, но этот случай напротив усугубил. Это тоже произошло на даче. В то время Надежда даже еще гимназию не посещала. Она играла на полянке, возле дома,  и вдруг явился молодой человек, такой довольно симпатичный, высокий. И Надежде показалось, так  что-то почудилось. А этот молодой человек, который представился Виктором, начал быстро ковать железо. Он такие слова сходу кинул, вроде губы у Надежды, как цветки розы и еще что-то такое, в таком романтическом духе, и он сказал, что надо срочно поцеловаться. 
В голове у Надежды промелькнула мысль, типа того, « а почему бы и нет?»
В общем, Надежда, молча, подошла,  к Виктору  и   зажмурила глаза.  Возникла такая пауза. Надежда стояла с закрытыми глазами в ожидании поцелуя. Но ничего не происходило, а когда она решила приоткрыть глаза, Виктора не было.  Надежда расстроилась, но не очень, так слегка. И она уже собралась уйти с этой полянки к себе на дачу, как вдруг явился романтический Виктор с  двумя другими мальчиками. И Виктор  начал жутко, омерзительно  хохотать, изгибаясь всем телом, и через этот хохот он  выкрикивал  такие слова,– Посмотрите на эту уродину, вот губы – то раскатила, идиотка, страшилище, ты тут всю жизнь что - ли стоять будешь в ожидании поцелуев?
Чего только в детстве ни бывает,  а потом забывается и помнится только хорошее. Но  это случай навсегда засел в голове у Надежды. И, в  общем - то, Виктор  ничего плохого ей не сделал, просто детская злая шутка, но что-то кубыц - тубыц в голове у Надежды тюкнуло и …… такая обида, словами не выговоришь. И потом, в течение многих лет, бывая на даче, она боялась, как огня, что они снова встретятся. Никогда больше  она не ходила на ту злополучную  полянку, а за калитку выходила с опаской, вдруг?
К счастью больше никогда ничего подобного не происходило.
Надежда  закончила гимназию. Она была очень тихая, как рыба. И в гимназии прозвище у нее была «тихонадьша»
Гимназические годы  протекали  ровненько. Огорчения по мелочам, ну клякса в тетради, иногда тройка  по географии, ошибка в немецком диктанте, самое страшное – потеря учебника по французскому (кстати, после всех переживаний он нашелся) вот, собственно говоря, и все.
Чудо случилось в  лето после окончания гимназии. На даче Надежда встретила Любовь. Говоря поэтическим языком – любовь подкралась к ней на цыпочках. Любовь случайно забрела к Надежде на участок.  Так все началось.
Они посмотрели друг на друга, их взгляды встретились и что-то такое произошло.  Глаза к  глазам. Сердце к сердцу. Родители Надежды были поначалу категорически против.
– Это блажь, это ненадолго, зачем это тебе? 
Но тут Надежда проявила нехарактерную для нее твердость. Сказав или¬ – или? Имея в виду, что если Любовь не останется в доме, тогда они уйдут вместе. Родители  просто закрыли на это глаза. В конце концов, единственная дочь, что можно поделать? 
Больше Надежда и Любовь  никогда не расставались. В их чувстве  не было вычурности, надуманности, неискренности, с годами оно только усиливалось. Настоящее глубокое чувство.
А время текло, текло, текло. И случилось все: и холод и голод, и смерть родителей, и пожар на даче, и  преподавание музыки, и превращение квартиры из просторной отдельной в коммунальную, и маленькая комнатка с книжным шкафчиком, кроватью и столом, и шитье шляпок из фетра на заказ, и война, бомбежки (несколько раз они спускались на ночь в метро), и расселение коммунальной квартиры, и отдельная клетушка в Митино, правда с личной  ванной и крошечной кухней, и скудная  пенсия (слава Богу, много ли нам старухам надо). 
А дальше – болезнь  и страх (доктор сказал –  в лучшем случае год, ну два, что вы хотите в вашем-то возрасте?)
– Меня заберут в больницу или умру, а Любовь? Как она  без меня?
И в этих тягостных рассуждениях пришло решение.
Надежда позвонила в зоопарк. Ей сказали – привозите.
Накануне вечером у Надежды болело сердце,  они даже толком ни о чем не поговорили. Надежда просто сказала,– завтра  с утра поедем, там тебе будет хорошо. 
Поездка из Митина на Баррикадную была   тяжкой.
Долго ждали автобуса, еле втиснулись. Шел снег, серое небо, слякоть, мутные стекла, сырость  в глазах, толчея в метро, какая-то беспросветность, осторожно двери закрываются, не забывайте  свои вещи.
– Сколько ей лет?– вопрос сотрудника террариума смутил  и даже, можно сказать, испугал Надежду
– Она крепкая, ни чем не болеет, – лепетала  Надежда, –  это я болею. 
– Оставляйте, – молодой человек достал Любовь из шляпной картонки, – не волнуйтесь, мы о ней позаботимся. Питание, рацион, витаминные укольчики, кожа суховата.
– Да, да, – шелестела Надежда, – спасибо, мне так будет спокойней, а как-то можно с этой сухостью бороться? Она вроде бы всегда такая была. Сотрудник кивал,– будем пролечивать.
– Это не болезненно?– не унималась Надежда.
– Тонкий шприц,  черепахи  хорошо переносят.
– Она терпеливая и вообще очень…….. – Надежда  погладила Любовь по панцирю и, чтобы не разрыдаться быстро выскочила  из террариума.
Обратной дороги она практически не помнила.  В каком – то забытьи, притащившись, домой, Надежда  рухнула на диван. Вечер прошел кое-как. Есть Надежде не хотелось. Она выпила жидкого чая, накапала валокордину и легла. Сон не шел. В темноте ей казалось, что Любовь шуршит  где-то  в углу комнаты. Звук был такой отчетливый, что Надежда несколько раз вставала и включала свет. Шуршание прекращалось. 
Настало серое утро.  Абсолютно разбитая Надежда опять налила в кружку вчерашнего чаю, открыла холодильник, достала  глазированный сырок. На верхней  полке лежал открытый  пакет  зеленой фасоли  “HORTEX”– любимая Любина еда.
– Туда и сразу обратно, просто взгляну, как она там устроилась,– от этой мысли на сердце у Надежды потеплело, она успокоилась и отправилась на Баррикадную.
Легкими тихими шагами Надежда шла по террариуму. 
Она сразу увидела в  вольере  вяло бродящую и не обращающую никакого внимания  на других черепах Любовь.  Надежда наклонилась и поскребла по стеклу пальцем. Любовь повернула мордочку и, практически, вприпрыжку рванула к стеклу. Они  никак не могли насмотреться друг на друга через это проклятое стекло.
– Нет, это просто невыносимо, – думала Надежда, вытирая перчаткой слезы – соседки какие-то несимпатичные, время сколько, а  обед им не приносят.

Поздно вечером в Митино  уютно тикали часы, на плите свистел чайник, мягкий свет лучился из абажура, на тарелочке аккуратно нарезанные лежали бутерброды с  сыром, в углу у стула  на вышитой  салфетке, как всегда стояла полная миска зеленой фасоли.
– Уколы эти от сухости кожи мы обязательно будем делать, а там и весна,  одуванчики пойдут, подорожник,  их с постным маслом можно, – говорила Надежда, гладя  по крошечной сморщенной головке свою Любовь.