Живопись Графика Створы Фотографии Романы Рассказы Пьесы Биография Статьи Контакты

Картина 1

Крошечная двухкомнатная квартира на окраине Москвы. В комнате Р о з ы М а р к о в н ы открытый чемодан, пакеты, вещи на стульях, на столе книги бумаги, тетради.

Р о з а М а р к о в н а (кричит). – Зинаида Ивановна! Зинаида Ивановна!
З и н а и д а И в а н о в н а. Тут, тут я, чё случилось-то?
Р о з а М а р к о в н а. Коробочка желтая где?
З и н а и д а И в а н о в н а. Какая-такая?
Р о з а М а р к о в н а. С бигудями, какая!
З и н а и д а И в а н о в н а. Я за бигудями твоими, Роза Марковна, не слежу, у меня других делов по горло. Эти тетрадки-то в сумку или в пакет?
Р о з а М а р к о в н а. На дно чемодана, они мне сразу не нужны будут.
З и н а и д а И в а н о в н а. Это ты сейчас так говоришь, Роза Марковна. А приедешь, начнёшь чемодан ерошить. Сразу на дно полезешь за ими, чё я не знаю, че-ли? Геркулеса то положить пачку?
Р о з а М а р к о в н а. Вы, Зинаида Ивановна, меня просто удивляете. Что, в Америке геркулеса нет?
З и н а и д а И в а н о в н а.  Может такого пёсьего, как ты, Роза Марковна, любишь, и нет! Бог его знает. Подушки же там твоей нет.
Р о з а М а р к о в н а. Я же сто раз вам объясняла. Есть там все. Просто надо ехать, искать, а напрягать не хочется.
З и н а и д а И в а н о в н а. Кипятильник надо ложить!
Р о з а М а р к о в н а. Это ещё зачем?
З и н а и д а И в а н о в н а. На ночь в кружке… И там еще три коробочки твоего «Дивного вечера» остались, я его в пакет, где сушеная айва для Эника.
Р о з а М а р к о в н а. «Пищу вкушать на вашей гигуне, засаженной деревьями».
З и н а и д а И в а н о в н а. Нунаки твои чель?
Р о з а М а р к о в н а. Да, Анунаки.
З и н а и д а И в а н о в н а.  Вот я про них никак. Вот это что, ангелы или чё там, по твоей науке?
Р о з а М а р к о в н а. Согласно шумерским текстам, Зинаида Ивановна, на Землю пришли Анунаки. А-НУ-НА-КИ – Сошедшие с Небес.
З и н а и д а И в а н о в н а. Они ангелы, или как?
Р о з а М а р к о в н а. Аккадский термин означает – те пятьдесят, которые сошли с Небес на Землю. А, кстати, в шестой главе Книги Бытия о них говорится, как о Нефилим, что на иврите означает то же самое: «Те, кто сошли с Небес на Землю».
З и н а и д а И в а н о в н а. Пять десятков сошло, чё-ли?
Р о з а М а р к о в н а. Нефилим множественное число. А чай – горячий?
З и н а и д а И в а н о в н а. Только скипел. Пять десятков с неба ухнули — и не ангелы. А кто тогда?
Р о з а М а р к о в н а. А газета где?
З и н а и д а И в а н о в н а. На табуретке на кухне лежала.
Р о з а М а р к о в н а. Лежала, а потом взяла да убежала… Вы же программу сериалов своих смотрели, кто еще? А там интервью.
З и н а и д а И в а н о в н а. На кухне и валяется, не брала я это барахло. 
Идут на кухню.
Р о з а М а р к о в н а. А творог остался?
З и н а и д а И в а н о в н а. Это с какой же радости он бы остался? Вчера уже курям на смех было, на донышке.
Р о з а М а р к о в н а. А мне что-то казалось, в миске оранжевой на столе стоял.
З и н а и д а И в а н о в н а. Это, Роза Марковна, не «остался»! Это я сутра молока с кефиром купила и новый наварила. Митя его уже кушал.
Р о з а М а р к о в н а. И как ему?
З и н а и д а И в а н о в н а. Целую тарелку умял, и добавки попросил.
Р о з а М а р к о в н а. Он что, опять дрыхнет?
З и н а и д а И в а н о в н а. У меня прилёг.
Р о з а М а р к о в н а. Сразу после еды?
З и н а и д а И в а н о в н а. Творог, что за еда?
Р о з а М а р к о в н а. Вот вам, Зинаида Ивановна, я смотрю, никогда не надоедает.
З и н а и д а И в а н о в н а. – Чё?
Р о з а М а р к о в н а. Препираться. 
З и н а и д а И в а н о в н а  наливает чай в чашки, раскладывает творог по тарелкам. Достает из холодильника кастрюльку.

З и н а и д а И в а н о в н а. А я крупенника себе сделаю с гречей. Хочешь, накручу тебе тоже, Роза Марковна?
Р о з а М а р к о в н а. Нет уж увольте, Зинаида Ивановна (погружается в газету).
З и н а и д а И в а н о в н а. Ты глянь, значит: сначала ложишь каши ложки три, а потом уже творога побольше, с накатом, и так трёшь, трёшь…
Р о з а М а р к о в н а. И зачем мне смотреть на эту радость? Что вы, ей богу, Зинаида Ивановна?
З и н а и д а И в а н о в н а. Энику в Америке баловаться. Он так всегда крупенник кушал, за ушами хрустело! А потом, на закуску бутерброд с докторской, чтобы ломтём крупным с луком красным.
Р о з а М а р к о в н а. Энику баловаться! Ему в этом году уже пятьдесят два года будет.
З и н а и д а И в а н о в н а. И чё?
Р о з а М а р к о в н а. Эник, Зинаида Ивановна, спешу напомнить, так для проформы, уж двадцать лет, как в Америке живет! Они дома вообще по-русски не говорят. Внуки мои одно слово знают, и это точно не крупенник. (Погружается в газету, улыбается). Марионетка ха-ха…
З и н а и д а И в а н о в н а. Марионетку знают, а ты их еще крупенику обучишь, уже два будет.
Р о з а М а р к о в н а. Это вы о чём сейчас, Зинаида Ивановна?
З и н а и д а И в а н о в н а.  Сама говорила, они знают одно слово – марионетка.
Р о з а М а р к о в н а. Интервью Новодворской о Медведеве.
З и н а и д а И в а н о в н а.  Тьфу ты!
Р о з а М а р к о в н а. А она отвечает: Медведев хуже даже чем фаллоимитатор. Просто хуже намного. Понимаете, от  этого предмета, который я никогда в жизни не видела, но мне говорили умные просвещенные люди — дети не родятся. И даже если вы купите себе резиновую куклу в магазине сексуальных принадлежностей и будете с ней проводить очень много времени, у вас не появится ребёнок. Надо же фаллоимитатор!
З и н а и д а И в а н о в н а. Чё еще за митатор фала?
Р о з а М а р к о в н а. Искусственный мужской половой орган.
З и н а и д а И в а н о в н а. Тьфу ты черти-лешие! Че же такое ты читаешь, Роза Марковна, чё за гадость-то?
Р о з а М а р к о в н а. Вы бы вместо того, чтобы сквернословить, Зинаида Ивановна, взяли бы в кое-то веки, да открыли свои широко закрытые глаза и посмотрели бы хоть минутку незамутненным взглядом, что у нас творится в России.
З и н а и д а И в а н о в н а. Чё творится, чё творится! Продали и разграбили всё.
Р о з а М а р к о в н а. Кто же продал-то?
З и н а и д а И в а н о в н а. Ваши Новодворские продали с Ельциным. Всю страну угрохали. Раньше-то порядок хыть был.
Р о з а М а р к о в н а. Когда это порядок у нас был, Зинаида Ивановна? Опять вы! Сколько ж можно? Только про селёдку сейчас не начинайте, на которую Сталин цены снижал.
З и н а и д а И в а н о в н а. А чё, про селедку? Я сутра спрашиваю у продавца, там вначале рынка, в палатке: «Зал?м хороший?» А он: «Малосольный, жирный!» Врал, как сивый мерин. Замочила её. Вона —  вся клёклая. А антоновка?
Р о з а М а р к о в н а. И что с антоновкой? Нормальные яблоки.
З и н а и д а И в а н о в н а. Гниль! Вся крапушкой пошла, и внутри, как тряпка.
Р о з а М а р к о в н а. У вас, Зинаида Ивановна, память-то, как у девушки. А как за мясом вставать в рань, и в очередь за костями стоять, или это не вы были? Ничего же не было, ну ничего!
З и н а и д а И в а н о в н а. А жили хорошо.
Р о з а М а р к о в н а. Да уж, прекрасно — сначала от стаха дрожали, потом в поиске пропитания рыскали. Хорошо! А с лекарствами как было? Тоже не помните?
З и н а и д а И в а н о в н а. А чё с лекарствами?
Р о з а М а р к о в н а.  Полный бардак! Вот в Ниневее у Ашшурбанипала...
З и н а и д а И в а н о в н а. Чё у Шурыпала было?
Р о з а М а р к о в н а. Медицинские процедуры описывались в  справочниках.  О гигиене, операциях. Например, об удалении катаракты, о  спирте для дезинфекции.
 З и н а и д а И в а н о в н а. У нас тоже со спиртом всё в порядке, и в аптеке, и питьевой был  — рояль. Сама ничего не помнишь, Роза Марковна!
Р о з а М а р к о в н а. Я-то всё помню. Как лекарства для вашего Павлика всех знакомых из-за границы умоляли привезти! Кстати, шумерская медицина отличалась  прекрасной диагностикой. 
З и н а и д а И в а н о в н а. Да не правильно его вначале лечили.
Р о з а М а р к о в н а. А сразу бы диагностировали менингит, может, и спасли бы.
З и н а и д а И в а н о в н а. Бог знает.
Р о з а М а р к о в н а. Так ведь и к богу вашему раньше-то нельзя было ходить, или тоже позабыли?
З и н а и д а И в а н о в н а. Почему нельзя-то? На Неждановой церковь была, Елоховская. На Якиманке…на Донской…
Р о з а М а р к о в н а (встает). – Горбатого могила исправит! Всё хорошо и хорошо, а  включиться, отчего хорошесть эта по голове била и бьет, неохота!
З и н а и д а И в а н о в н а. Чё ты распаляешься- то? Чё тебе плохо-то?
Р о з а М а р к о в н а. Мне плохо? 
З и н а и д а И в а н о в н а. А тебя послушать, Роза Марковна, хорошо только при нунаках, когда?
Р о з а М а р к о в н а. Что — когда? 
З и н а и д а И в а н о в н а. Когда твои нунаки прилетели?
Р о з а М а р к о в н а. За сто двадцать лет, по их исчислению, до Всемирного потопа.
З и н а и д а И в а н о в н а. Вот видишь, Роза Марковна!
Р о з а М а р к о в н а. Что я должна видеть?
З и н а и д а И в а н о в н а. Давно прилетели, а толку чуть.
Р о з а М а р к о в н а. Между прочим именно в Шумере был сделан первый шаг к созданию демократического правительства: ограничена власть царя и признаны права народного собрания.
З и н а и д а И в а н о в н а. У нас тоже все без царя в голове — вон в газетах ваших какую мерзость печатают. Раньше, хыть, такого не было — про всякие там у мужиков… 
Р о з а М а р к о в н а. Зинаида Ивановна, вы с фабрики «Дукат» когда ушли?
З и н а и д а И в а н о в н а.  В девяностом, и её сразу же американцам продали. А что?
Р о з а М а р к о в н а. Психология раба в вас до сих пор превалирует. Привыкли, что вас как скотину ездовую всю жизнь использовали!
З и н а и д а И в а н о в н а. Вот ты начитаешься всякой гадости и сама прямо гадко так говоришь. Прямо вот гадко, тьфу!
Р о з а М а р к о в н а. Да с вами говорить, что в лужу плевать. Не собираюсь я больше говорить ничего. (Выбегает). Некогда, мне собираться надо!