Живопись Графика Створы Фотографии Романы Рассказы Пьесы Биография Статьи Контакты

Действие второе. Сцена 6

Вечереет, на кухне Бруша откладывает рукопись, смотрит на часы, зажигает свет и начинает мыть за собой посуду. Внезапно появляется Вика.

Вика – Ты  что здесь делаешь???
Бруша – Чашку мою.
Вика –  Какого черта?
Бруша – Ты куртку забыла, я принес.
Вика – Что ты врешь? Какая куртка, ты, что в институт ее приволочь не мог?
Бруша – Ты же туда не ходишь.
Вика – А тебе какое дело?
Бруша  – Да, в общем-то,   вот и решил домой тебе занести, холодно уже.
Вика    –  Какая доброта!  А дверь отмычкой открыл?
Бруша – Меня Нюра впустила.
Вика – И ты, типа, теперь по хозяйству тут? А Нюрка в комнате с топором в башке валяется, пока ты чашечки отмываешь, и столик тряпочкой протираешь?
Бруша – Что ты мелишь? Она в магазин ушла.
Вика – Круто, вот так  приходишь домой, а тут уже совсем другой базар.
Бруша –  Я сейчас уйду, не парься.
Вика – А я и не парюсь, чего мне париться, я просто тащусь.
Бруша – По поводу?
Вика   –  Какой ты проныра, просто без мыла в жопу. Конечно, в сраной общаге хреново,  но не до такой, же степени?
Бруша – Что ты бесишься, я же сказал, что уже ухожу, я ничего не украл.
Вика – А почему я тебе должна верить, чучело огородное?
Бруша – Ну, обыщи меня.
Вика – Ты эти чернушные  слезы себе на роже нарисовал, чтобы Нюрку разжалобить?
Бруша – Зачем ты?
Вика – Что в  точку попала?
Бруша – Нюра мне рассказывала…
Вика – Нюра ему тут рассказывает, прелесть какая,  ты так к ней подлизываешься, чтобы что?
Бруша – Прекрати! 
Вика –  Чего-ооо? 
Бруша – Ты не понимаешь!
Вика – Ну, ты реальная гадина! Нашел дуру! Я все понимаю! А знаешь, что я ей скажу?
 Бруша – Что?
Вика –  Мне и слезки себе рисовать  не придется!  И придумывать ничего не надо!  Я просто в своем глубоком горе прошепчу,  что ты мерзотный пидер – двустволка и  наркоман! Мне придется ей рассказать, что  в мастерской у папаши вы меня водкой  накачивали  до невменяемого состояния, потом папаша тебя трахнул, а ночью в общаге ты оргию закатил и меня как козу выдрал! И еще, как  я со всей дури оттуда бежала, забыв куртку.
Бруша – Это все?
Вика – Нееет! Это я так начну, а потом, я расскажу, как  по глупости тебе проболталась, о том,  что  Луара  деньги стала зарабатывать и хранит их дома, а ты – реальный наркоман хочешь их украсть себе на наркоту!

Появляется Нюра.

Нюра – Ну вот, там тоже таких нет, есть легкие, мне сказали в «Детском мире», завтра съезжу.
Вика – Ты о чем?
Нюра – Сейчас деточка я тебя покормлю, только переоденусь, есть щи, голубцы. ( Бруше) Я подумала, если тебе не трудно, конечно, может кусочек отпечатать, самое начало.
Бруша – Конечно. Я завтра же принесу.
Нюра – Ну, это не к спеху, как получится.
Вика – Что там у вас получится?
Нюра – Сейчас, сейчас.

Выходит.
Бруша (берет часть рукописи) – Ты можешь все представление перенести на завтра?
Вика – Зачем? Не надо откладывать на завтра то, что отложил на сегодня.
Бруша – Точно. Есть правда одно «Но».
Вика – Какое еще?
Бруша – У тебя будет время на подготовку, и  все получится круче. А я завтра обязательно приду, отпечатаю Нюре, принесу, и тут ты по полной. Как тебе такое предложение?
Вика – Ты, типа самый умный?

Появляется Нюра.

Нюра – Ну, вот сейчас покормлю вас, для Бруши у нас…
Вика – Есть гнилые  груши.
Бруша – Спасибо, Нюра, я пойду,  (показывает кусок рукописи) завтра принесу.
Вика –  Балдею, как некоторые крутиться умеют, просто тащусь.
Нюра – Викуша!
Бруша – Спасибо за все, до скорого. ( Вике) не провожай меня, я найду дорогу и без меня не начинай, опять  весь кайф  себе обломаешь.
Нюра – Завернуть тебе с собой котлетки?
Бруша – Спасибо, не надо.
Выходит.  Вика достает из кармана MP3  плеер, напяливает наушники. Нюра открывает холодильник, достает котлеты, кладет их в пакет, бежит за Брушей.
В коридоре.

Нюра – Возьми, потом  покушаешь.
Бруша – Спасибо, не стоит.
Нюра – Бери, бери, плащик застегни, ветер на улице, шапки то у тебя нет 
             что - ли?

Хлопает дверь.
Звонит телефон.

Нюра – Иду, иду. ( Берет трубку) Да, да, да. Не может такого быть? Как же? Вы уверены? Мне ее подруга сказала, что она сегодня была. Черненькая, Бруша, фамилии я не знаю, со старшего курса. Как это? Я что-то не пойму. Нет, Бруша, в плащике таком черном, личико белой пудрой присыпано и слезки нарисованы, серьги в ушах.  Как же так?

Нюра в  растерянности заходит на кухню.

Нюра – Вика!
Вика  сидит в наушниках, курит.

Нюра – Вика!

Вика вытаскивает один наушник.

Вика – Ну, что-о?
Нюра – Из деканата звонили, ты, что бросила институт?
Вика – И что?
Нюра – Нет, погоди. 
Вика –  Хватит!
Нюра – Как же так?
Вика – Так же как.
Нюра – А куда ты ходишь?
Вика – На кудыкину гору, собирать помидоры!
Нюра – Что у вас с ним?
Вика – С кем еще?
Нюра – С Брушей твоим?
Вика – Он не мой, а твой, ты с ним носишься, а он, межу прочим, наркоман, постоянно на игле сидит и мне предлагает.
Нюра – А где вы деньги берете?
Вика – Крадем.
Нюра – Ты сейчас шутишь?
Вика – А ты вообще фишку  рубишь?
Нюра –  Тогда тебя нужно срочно к врачу вести.
Вика – А зачем? Ты сейчас меня лечить будешь.
Нюра – Я не верю.
Вика – А этому придурку верила,  котлетки в карман совала.
Нюра – Это, просто в голове не укладывается.
Вика – Не укладывается в твои тупые теории? А что ты так кипятишься?
            Твой Толстой  не  парился, срал на всех, балдел и другим велел. Все хочешь добренькой быть, чтобы никто к тебе подкопаться не мог, типа вот я какая, зайчиковая, а на самом деле ты просто натуральная ханжа, ты пустельга никчемная,  папашу моего растила, круто у тебя вышло – реальный мудак  получился, пишешь пургометство всякое. Что ты можешь написать?  Руководство по воспитанию козлов? 
           ( берет в руки рукопись, читает, начинает ржать) –  «Борьба со злом посредством насилия недопустима, поскольку люди по-разному определяют зло»,  а когда меня мать бросила, ты как это определяла, как добро или как зло? И за все годы ни одной открытки, она, наверное, даже не помнит, когда у меня день рождения, а отцу вообще на меня насрать, это, как –  добро или  зло? Или если тебя не касается, то никак и не определяется? Давай  проверим? Мне самой по приколу будет посмотреть как ты зло, на тебя направленное  воспримешь! 
( рвет страницу,  смотрит на Нюру)
Нюра – Что с тобой, детка?
Вика – Что маловато будет? А  так? ( В ярости раздирает страницы, швыряет их на пол)

На пороге кухни появляется Луара.

Луара – Дверь в квартиру желательно запирать! ( Нюре) Сидели с Валерием в кафе, и тут его, как прорвало, начал на жену бочки катить.  А мне, почему-то казалось, что он  одинокий. ( Вике) – Куртку купила? 

Вика и Нюра молчат.

Луара – Что тут у вас происходит?
Вика – Да пошли вы все! (выходит, хлопает кухонной дверью)
Нюра – Она бросила институт.
Луара – Чудесно! Ну что ж хозяин - барин! А ты  из солидарности решила порвать  свою писанину (смотрит на разорванные листы)

Нюра подбирает  листы, кидает их в мусорное ведро. 

Луара –  Не хочет учиться, пусть на работу идет, насиловать  не будем, это я думаю тебе объяснять не надо.
                Она куртку купила?
Нюра  – Нет,  старая  нашлась.
Луара – И где же она была?
Нюра – Ты видела, что Бруша парень?
Луара – Какой он парень?  Недоразумение, чучело, только ты  перед  отбросами можешь   бисер  метать.
Нюра – Мне так не кажется.
Луара – Ну, конечно, ты у нас психолог-надомник, знаток человеческих душ.
               Я вообще не понимаю, как можно так жить, в этой страшной дремучести, в иллюзиях. Казалось, не казалось! Всю жизнь умные книги читала, а так ничего и не поняла!
Нюра – Я что-то  за Вику так волнуюсь.
Луара – Абсолютная деструктивность. А по- простому куриная глупость. 
Нюра –  Наверное.
Луара –  Надо меньше кудахтать и хоть немного голову включать.
Нюра –   А как?
Луара – Ну, что ты как маленькая, Нюр?
Нюра – Прости, я опять  ничего  не поняла.
Луара  –  Пора ее  «отлучать»! Пусть живет, как знает! Денег я давать не буду, пусть  сама попрыгает, а то, как гадить, так мы горазды, а потом, как твой Толстой – пустите в монастырь, а уже поздно, поезд ушел.
Нюра – Ты  права, «поезд ушел, насыпь черна, где я дорогу  впотьмах раздобуду, неузнаваемая сторона, хоть я и сутки только отсюда…»
Луара – Только давай без этой патетики на ночь. Устала – ложись, а я    посижу, проверю  свои  лимитные ордера.