Живопись Графика Створы Фотографии Романы Рассказы Пьесы Биография Статьи Контакты

Картинка пятая

Где-то, в австралийской глуши. Около проселочной дороги, в пустынной  открытой местности стоит бензоколонка. К ней примыкает маленький домик с деревянной террасой. На террасе два столика, длинная качалка на цепях – это крошечное кафе.  Оно освещается скромной неоновой вывеской на козырьке террасы «Krista Cafe». Вечер. Темно. Христа подметает террасу. Вдалеке слышен шум поезда.

ХРИСТА. ТрЕвор! ТрЕвор!

Никого не видно. Христа вглядывается в темноту.

ХРИСТА. ТрЕвор!!! с ноткой беспокойства

Луч фонарика появляется на ступеньках террасы, прыгает, как солнечный зайчик, освещает лицо Христы. Издалека слышится смех Трегора. Христа успокаивается, продолжает мести ступеньки террасы. 

Бабаня с рюкзаком в своих бутсах бредет по пустоши в темноте. Вдали чуть мерцает огонек вывески «Krista Cafe» . 

БАБАНЯ. Вроде  на минутку-то всего задремала. Тёмно-то как! Во, дела! Че-то тута перепахано? Че это, камни? Останавливается. Смотрит в сторону мерцающего огонька.  

БАБАНЯ. Эка занесло меня! Туда че ли? Или взад? Да тута у них…

Бабаня спотыкается.

Бабаня. Ох!

Падает на землю. Полная тишина. Темно. На  небе горят звезды. Где-то вдалеке проехала машина. Луч фонарика освещает Бабаню.  Она лежит на спине с закрытыми глазами.
Трегор возле террасы.

ТРЕГОР. А-а-а-а! А-а-а-а! на лице  у него ужас,  показывает  пальцем в темноту, хватает Христу за руку, тянет.

ХРИСТА. Вот? Уе?  (Что? Где?)

ТРЕГОР.  А-а-а!!! тащит Христу в темноту

Трегор показывает Христе Бабаню. Светит на нее своим фонариком. 

ТРЕГОР. А-а-а!!!

Христа садиться на корточки, трогает Бабаню. Приподнимает ее голову. Бабаня не реагирует.

ТРЕГОР. А-а-а-а!

ХРИСТА. Окей! Окей! Приподнимает Бабаню.

Трегор смотрит с ужасом.

ХРИСТА. Итс окей! Тащит Бабаню. Трегор помогает ей, придерживая ноги. Бабаню приносят на террасу, кладут на качалку. Трегор сидится на полу около качалки. Христа приносит миску с водой. Прикладывает  мокрое полотенце к лицу Бабани. Бабаня открывает глаза.

ХРИСТА. Итс окей! Тревор, вота! (воды)

Трегор убегает в дом, приносит стакан воды. Христа подносит стакан к губам Бабани. Бабаня делает один глоток, потом второй, приподнимается.

ХРИСТА. Вопрошающе Окей?

БАБАНЯ. хлопает глазами, трогает голову. Хоккей.

ХРИСТА. Доктор?

БАБАНЯ. Качает головой.  Нет. Не надо доктора! садится, представляется.

ХРИСТА. Оу! Ты русская?

БАБАНЯ.  Да. Я из Спянска. Бабаня.

ХРИСТА.  Бабаня! Мама моя. пауза  с России пауза приехала. Я здесь пауза родилась. представляется Криста.

БАБАНЯ. Христа.

ХРИСТА. кивает, показывает на Трегора Тревор.

БАБАНЯ. Трегор. Чет-то голова кругом пошла, чуток полежу тута! Прикладывается опять на качалку.

Христа прикрывает ее пледом, заходит в дом. Трегор неотрывно смотрит на Бабаню.

БАБАНЯ. приподнимается, кутаясь в плед, сидит на качалке. Вот, Трегор, какая картинка получилася!

Трегор улыбается, показывает свой фонарик, тычет пальцем в темноту.

 БАБАНЯ. Если б не ты, так бы и валялася там, Трегор.

Трегор включает и выключает фонарик.

БАБАНЯ. Ай да молодец! Нашел Бабаню падучую!

Трегор улыбается.

БАБАНЯ. Смотри, какой ловкий и фонарь-то у тебя. Дай взглянуть. Протягивает руку

Трегор вскакивает, плюхается рядом с Бабаней на качалку, сует ей фонарь. Качалка вся дрожит.

БАБАНЯ. Тихоньк! Тихонька! А то свалимся, опять Бабаня головой своей шарахнется. Голова-то у Бабани дурная, Трегор.

Трегор смеется. 

БАБАНЯ. Смейся, смейся над Бабаней! Сама уж смеху не оберусь. И бутсы вон, не удержали, загремела под фантфары.

Трегор улыбается

БАБАНЯ. Сколько ж тебе годков-то, Трегор? Большой уж  вымахал, а как дитё. гладит Трегора по голове
Трегор  прижимается к Бабане, раскачивая качалку. Из дома выходит Христа с подносом. На подносе бутерброды, стаканчики, бутылка виски, бутылка Кока-Колы. Христа с подносом замирает на крыльце.

БАБАНЯ. припевает в такт. Ехали мы, ехали, в город за орехами. По кочкам, по кочкам, по маленьким пенечкам –  Да в ямку бух! 

ТРЕГОР. Ха-ха-ха!!!

 БАБАНЯ. Раздавили сорок мух!

Христа  подносит к качалке поднос.

БАБАНЯ. Да, вроде, отпустило. Трегор развеселил! берет поднос, несет его к столику

Христа и Бабаня усаживаются за стол.

БАБАНЯ. Спасибо, Христа! Че-то и впрямь есть-то как захотелося! 

Трегор качается в качалке.

БАБАНЯ. Трегор, иди к нам  ужинать!

Трегор несется, садится за стол, хватает бутерброд. Христа наливает ему кока-колы. 

ХРИСТА. Мама моя  задумывается  умерла. Я по русски давно не говорила. С кем? Тут вообще у нас очень… задумывается пусто.

БАБАНЯ. Давай по-маленькой, для сугреву. поднимает стаканчик. За вас, Христа, Трегор!!!

ХРИСТА. Как здесь оказалась, Бабаня? 

БАБАНЯ. У внучки тут гостила.  Домой еду. Давай, Христа, еще!

Христа наливает два полных стаканчика. Они выпивают,  жуют бутерброды. Трегор прижимается к Бабане. Вдалеке слышен поезд.

ХРИСТА. Мама моя с ним по русски. Он маленький совсем был. Он  понимает. Только … 

БАБАНЯ. А муж то у тебя есть?

ХРИСТА. Два года  умер. Он его показывает на Трегора  очень любил. После  пауза совсем загрустил. пауза  У нас тихо. Дорога не  мэйн  пауза не главная. Вот так, слова-то  внутри помнятся, а  не идут.

БАБАНЯ. Слова у тебя Христа шагают прям-таки. Прям ты  точно говоришь-то.  

Христа наливает два полных стаканчика. Они выпивают,  жуют бутерброды. Вдалеке опять слышен поезд.

БАБАНЯ. Ну чё, Христа?

ХРИСТА. Заправка. Машины. Кафе редко. Сэндвич, чипсы, вота. Он показывает на Трегора тут.  Раньше в школу немного возила. Плакал. Привык со мной. 

БАБАНЯ. Родился так или чё?

ХРИСТА. Он заболел маленький. Темперча. Весь без сознания. Больница в Сидней. Грег – муж, я ночи  там.  В очередь. Один тут на колонке, другой там. Оперейшен. И еще как это? Много пункчер в спину.  

БАБАНЯ. Долго лежал-то, господя?

ХРИСТА. Долго. Потом лучше, лучше. Но не совсем. Потом ходить учили. Это быстро. Гимнастика, спорт. Они с Грегом в футбол.

БАБАНЯ. Заговорил?

ХРИСТА. Нет. Грег книжку  ему читал, пел.

БАБАНЯ. Грек-то твой, золотой. Не каждый мужик будет так возиться с больным-то дитем.

ХРИСТА. Он, да. Грег он. Он  нам все был. Он пауза эспешал особенный. Мы со школы дружили. Поженились. Всегда вместе. Говорил про меня– принсес улыбается. Маму мою любил. Она потом с нами жила. У нее пожар был. Все сгорело.  Есть дома такие, где старики живут. Она туда хотела.  Грег сказал, с нами  будет жить. Это вообще не принято. Добрый - добрый. Веселый. Большой. Весь дом дрожал, когда он смеялся.

Трегор сидит на качалке смеется. 

БАБАНЯ. Вон Трегор целиком в папку пошел. Тоже большой и веселый. Глянь, как заливается, качели прям ломаются.

ХРИСТА. Это редко. Никогда. Всегда молчит. Он на грядке, как это, палить.

БАБАНЯ. Че палить?

ХРИСТА. Лопаткой землю. Овощи.

БАБАНЯ. Огород че-ли?

ХРИСТА. Да. Да. Улыбается. Забыла слово. У мамы были книжки, фото. Все погорело. А потом она заболела и умерла. 

БАБАНЯ. Чем болела?

ХРИСТА. Кансер, как это, рак.

БАБАНЯ, У меня тоже дочка от него умерла. Наташа. Только схоронили.

 Христа наливает еще. Бабаня и Христа выпивают. Христа и Бабаня сидят в обнимку. Тревор играет с фонарем. Включает и выключает.

ХРИСТА. Он с фонарем не расстается. Грег подарил. Грега нет, а фонарь…

БАБАНЯ.  Отец ему через фонарь светит.

 Вдалеке слышен гудок поезда.

 БАБАНЯ поет. Вечер тихой песнею над рекой плывет. Дальними зарницами светится завод. Где-то поезд катится точками огня. Где-то под рябинушкой кто-то ждет меня. Ой, рябина кудрявая белые цветы, ой, рябина, рябинушка, что взгрустнула ты? Лишь гудки певучие смолкнут над водой, я иду к рябинушке тропкою крутой. Треплет под кудрявою ветер без конца справа кудри токаря слева кузнеца (обнимает Христу и Трегора) Ой, рябина кудрявая белые цветы. Ой, рябина, рябинушка что взгрустнула ты?

ХРИСТА. Мама, Грег. Все. Я хотела продать колонку и кафе. Но Тревор тут привык. Как его отрывать.

БАБАНЯ. Вот я в Спянске всегда. И че?  Взяла, да и махнула в Астралию. Никогда не ехала и зря.  Вон тута как тепло хорошо. Сиди Бабаня, отдыхай.  Оторвалась и   внучка рада была. 

ХРИСТА. А где внучка?

БАБАНЯ. Алка-то. Тут она, где-то недалеко. Я на вид ее дом-то узнаю точно. Только это на самый край. Она сейчас утверждается на доктора. Ей сейчас со мной некогда возится. Да и денег у нее кот наплакал. Билет-то новый  надо покупать. Самолет-то мой ту-ту. Улетел. А где я этот рюкзак оставила, бог знает. Вот, хоть убей ты меня, не помню из поезда вышла с ним или как. Алка – то, как в воду глядела.

ХРИСТА. Какой рюкзак?

БАБАНЯ.  С рюкзаком я была. А что рюкзак? Рюкзак– тьфу. В нем шишки только. Паспорт там. За документы я всегда опасаюсь. К Новому Году обещала  в Спянск приехать и  застряла. Это, слава богу, Трегор меня с фонарем нашел.

ХРИСТА. Тревор, гоу, сик! 

БАБАНЯ. Это ты че ему?

ХРИСТА. Чтобы еще поискал.

БАБАНЯ. А вдруг еще кого приволокет из людей? Мало ли, кто еще под кустом валяется?

ХРИСТА. Тут нет. Тут пусто.

Тревор вскакивает с качалки и с фонариком бежит в темноту.

Христа  грустно смотрит на удаляющегося Трегора.

ХРИСТА. Мне часто сон видится: Утро, солнце. Тут на порч, как это, на крыльце стол.  Грег стоит. Руки его, так, нос облупился от солнца. А Тревор совсем маленький выбегает, кричит: Дэд, дэди, папа, папа к нам кенгуру в гости  пришли. И они вместе Грег и Тревор  кормят кенгуру булками. Потом Грег на спину Тревора сажает. Они  по лужайке скачут. Смеются.  Тревор кричит: Быстрее, папа!  А мама моя за столом сидит, кофе пьет. Мама часто о России рассказывала. Фото у нее были много, много. На море отдых, она маленькая на празднике. Новый год, елка, снег. Мама в шубе и шапка меховая, школа их.  И так хорошо мне. Просыпаюсь. Пусто. Почему так? 

БАБАНЯ. Все он понимает. Соображает моментально. Обязательно заговорит. Поет. Ой, рябина кудрявая белые цветы, ой, рябина, рябинушка, что взгрустнула ты?

Луч фонарика блуждает по пустоши. Трегор бежит к террасе.

Трегор  радостно  прибегает к террасе с Бабаниным рюкзаком, протягивает Бабане рюкзак.

БАБАНЯ. Трегор, миленький ты мой! Нашел, голубчик! Молодец-то какой!!!

 достает из рюкзака паспорт, показывает его Христе.

ХРИСТА. Читает Бабаня Луговая.

БАБАНЯ. Вот. Молодец Трегор, второй раз Бабаню спас!!!